03:03 

lock Доступ к записи ограничен

Хи Кей Рин
Пожуём - увидим.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

03:01 

lock Доступ к записи ограничен

Без = без имени
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

00:38 

lock Доступ к записи ограничен

[Черный Шут]
И тем не менее, как это ни больно, я в своем уме. Вот в чем проблема. (с)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

21:25 

mon petit LeFou
"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Сегодня днем произошло важное событие: утвердили мою тему диплома про Булгарина. Это была настоящая битва, и до последнего мы не были уверены, что справимся, но Беатриче написала сегодня днем: «Победа!!» — и у меня на сердце до сих пор тепло.

Когда Павлов читал нам лекцию про Золотусского («специально для Дарьи»), он сказал очень меня зацепившую фразу: «С конца же 60-х гг Золотусский, по собственному признанию, на 10 лет отходит от современной литературы, "эмигрирует" в XIX век, пишет книгу о Гоголе».
На паре я, конечно, засмеялся и шепнул Коняшу, что примерно таким — с эмиграцией в XIX век — я вижу свое будущее, а потом подумал и добавил: или настоящее.

Так вот теперь, получив возможность эмигрировать в XIX век вполне официально, я даже осоловел на радостях. Только что писал расшифровку бесконечного интервью первой головы из режиссерского диплома, и тут рука сама собой соскользнула куда-то в гугл. Я жадно читал несколько часов; читал все подряд, пока искал отсутствующий в сети очерк, собирая его по цитатам из биографий Пушкина, Гоголя, Сенковского.
«Нет ни одного человека в Москве, который бы умел врознь понять Минина и Пожарского так, как нет ни одного человека в Петербурге, который бы умел понять врознь Булгарина и Греча»,-- писал А. И. Герцен.
С этого, кажется, началось, а дальше все как в тумане.

Вообще, я искал «Четверги у Греча» Бурнашева (пати у Греча на хате :D ), потому что не дают мне покоя эти четверги, уж больно интересно. В той статье про атрибуцию рецензии на второе издание «Вечеров на хуторе близ Диканьки» упоминалось, в числе прочего, письмо Гоголя Погодину (1839 г.), где Гоголь, критикуя намерение Погодина издавать прибавления к «Московским ведомостям», пишет, что умные и солидные статьи в газетном листке «все равно, что Пушкин на вечере у Греча между Строевым и прочим литературным дрязгом».
И тут у Вересаева я вижу цитату Юркевича: «В числе посетителей гречевских четвергов появлялся изредка и Пушкин. Он вел себя очень сдержанно, редко принимал участие в разговорах, больше молчал и рано уходил, не простившись». И по другим источникам он, кажется, читал там свои баллады, стихотворения и элегии. Еще не изданные.
Суть четвергов: все говнились на Булгарина и Греча @ но пожрать нахаляву в хорошей компании приходили все равно.

Дальше пошло по нарастающей: еще не отойдя в своем гневе от «Дома сумасшедших» Воейкова, я обнаруживаю стихотворение Добролюбова (!!!! этого злобного пидараса, по меткому определению Коняша) «На 50-летний юбилей его превосходительства Николая Ивановича Греча». Стихотворение грубое, грязное, сальное. Я, конечно, в ярости.
«Твой друг, безграмотный писака / Легко презрение сносил,/ Но ты, поборник лжи и мрака, / Ты путь другой себе открыл» @ ну охуеть теперь, Добролюбов, спасибо пожалуйста.
«Поляк и немец, - вы судили / О русском слове вкривь и вкось» — все эти нелепые в своей беспомощности выпады (что может быть беспомощнее нападок на происхождение?) меня вывели из себя. Но другие строчки вызвали настоящую ярость:
«Явился Пушкин... Суд ваш строгий / Его не мог уж уронить... // Явился Гоголь... За живое / Он вас, Тряпичкиных, задел». @ Я БЛЯ НАПОМНЮ ТЕБЕ, СУЧИЛА, ЧТО ПУШКИН СОТРУДНИЧАЛ И С ГРЕЧЕМ, И С БУЛГАРИНЫМ, А ГОГОЛЬ В БУЛГАРИНЕ ВООБЩЕ ДУШИ НЕ ЧАЯЛ И ЧИТАЛ ПЧЕЛКУ
У меня сегодня был очень эмоциональный твиттер.

Зато потом я отвел душу, наткнувшись на экскурс по «Новоселью» Смирдина. Эти кулстори — просто праздник какой-то. Собрались, значит, известные литераторы, И ТУТ ВДРУГ ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО ОНИ ВРАЖДУЮТ. Никогда такого не было @ и вот опять :lol:
Это реально очень смешно, в том числе тот факт, что, судя по фронтиспису первого тома, Пушкин сидел прямо напротив Булгарина, острил как никогда в день гулянки и успел отпустить шутку по поводу сидящего между Булгариным и Гречем цензора Семенова: крикнул с противоположной стороны стола: «Ты, брат Семенов, сегодня словно Христос на горе Голгофе». Все смеялись, а Греч очень обиделся хD Напоминаю, что Пушкин звал тандем Греч-Булгарин грачами-разбойниками :D

Вообще было очень много всякого, от чего до сих пор немного ору.
Это и Пушкин, толкающий Грчу своего «Кавказского пленника» (тут). Это и Николай «мам, вышли денег» Гоголь, гордость российской словесности (открыл рандомное письмо за 1830 г., а там «благодарю вас, почтеннейшая маминька, за присланные вами деньги сто рублей», сколько можно-то, Никоша хд). Это и Греч, который высмеивал Булгарина в общении с аристократами (Вяземским, Пушкиным, етц). И Пушкин, поддерживающий отношения с Гречем после той нелицеприятной полемики 1830-1831 гг.
И ПУШКИН, КОТОРЫЙ ПЕРЕВОДИЛ С ПОЛЬСКОГО, просто находка, совершенно замечательное исследование. Которое, кстати, принесло и волшебную историю с четвергов Греча о Булгарине, который собирался уезжать, как только приехал Пушкин, и о Сенковском в гороховых штанах, который скрылся в уголок с Пушкиным для интимного разговора на французском.......
«Сенковский такая бестия, а Смирдин такая дура» (Пушкин).

Эмиграция в XIX век началась успешно.
Напоследок:
я не буду читать ЖЗЛ о Гоголе Золотусского ради фичков, я не-
РАДИ ЗАЧЕТА ПАВЛОВА. ЗОЛОТУССКИЙ ЕСТЬ В ВОПРОСАХ. ЧЕСТНОЕ СЛОВО, РАДИ ЗАЧЕТА.
Занавес.

@темы: Третьего отделения на вас нет, негодяи, ...и лучше погибнуть детьми, неправда ли?, журфак: по городу бродят волки, почти притворившись псами

21:01 

lock Доступ к записи ограничен

_Tory
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

18:54 

lock Доступ к записи ограничен

Сойка Кэйн
Каждый, кто не верит своей судьбе - будет обманут
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

15:41 

Доступ к записи ограничен

Корю
fukuchou fan-girl
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

14:19 

lock Доступ к записи ограничен

The Second Auror
Магия рекламы
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

13:10 

lock Доступ к записи ограничен

_Tory
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

11:09 

Про #metoo

MirrinMinttu
Do or die
Прямо-таки медийная буря какая-то. Наверное, я чего-то не понимаю, но как-то кажется, что в этом мире есть и более горящие проблемы, требующие внимания общественности. А то на Мальте, в евросоюзной стране, журналистку-блоггершу среди бела дня взорвали (kloop.kg/blog/2017/10/17/malta-ubita-zhurnalist...), но особого внимания прессы, по сравнению с #metoo (medialeaks.ru/1610qaz-metoo-ili-zapadnyiy-yaneb...), этот дикий факт не получил. То ли от Мальты общественность ничего другого и не ожидала, то ли про секс писать интереснее.

(без названия)

читать дальше

@темы: Дамский вопрос

00:05 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

23:59 

lock Доступ к записи ограничен

Морган Бейтс
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

23:59 

mon petit LeFou
"Смерть от удушья пиджаком – нелепая смерть"
Гоголь, конечно, не хотел приходить; слава о четвергах у Греча шла самая дурная, дескать, сплошь там сброд один, прихлебатели и прочие далеко не аристократические хари. И все-таки, там же встречались и люди самые что ни на есть достойные, начиная с молодых литераторов и заканчивая издателями.
Оказаться в стане победителей для Гоголя было большой радостью и даже личной победой, и он очень ценил доверие многоуважаемого Дельвига и обожаемого Пушкина; но вместе с тем, ему часто (даже слишком часто, с благоговейным каким-то ужасом признавал Гоголь) не хватало общества живого, не накрахмаленного по самые уши. И денег. Еще Гоголю остро не хватало денег.
А деньги были у тех, кто выбрал массовую журналистику.
«Тысячи мух не могут ошибаться!» — гордо говорил Пушкин, после чего не менее гордо занимал денег у Плетнева, потому что у самого солнца русской поэзии ни гроша за душой не водилось. В основном из-за пристрастия к азартным играм и к модной одежке, которая выглядела, как из помойки, а стоила, как из золота.

Булгарину в глаза Гоголь смотреть боялся. С тех пор, как он сбежал с любезно выпрошенного для него Фаддеем Венедиктовичем места под руководством Фон-Фока, да еще и прямиком во враждебный лагерь, ему было неловко за собственную неблагодарность.
Тем более что газету Булгарина он читал от корки до корки, в отличие от часто скучных листков Пушкина и Дельвига.
Из беспросветной рефлексии Гоголя вывел крепкий хлопок по плечу. Он обернулся почти испуганно и обомлел: поприветствовать его подошел сам Булгарин.
— Николай! Я верил, что рано или поздно ты откликнешься на приглашение!
Гоголь неловко пробормотал в ответ какую-то затертую формулу благодарности, нервно проведя рукой по своему коротко стриженному затылку.
— Ну что же ты, лицо проще! Все свои! — Булгарин растянул губы в добродушной улыбке. — Выпей чего-нибудь, станет легче. Горелки я тебе не обещаю, но что-нибудь придумаем.
Гоголь покраснел. Конечно, Булгарин читал его повести; откровенно говоря, отзывы его были не самыми похвальными, что Гоголя одновременно задевало и расстраивало, хотя Пушкин и Вяземский в один голос прославляли талант молодого товарища.

Заговорить о своем творчестве Гоголь не решался. Вокруг Булгарина вилась свита: может, поэтому он позволял себе панибратство с человеком из аристократического лагеря? Больше всех суетился Строев, похожий на декоративную собачку. Булгарин, вместо просителя ставший хозяином положения, казался даже вышел ростом и благороднее лицом, и Гоголю стало еще более неловко.
Быстро сориентировавшись, Булгарин вежливо разогнал толпу вокруг себя. Подхватив Гоголя под локоть, он чинно повел его к столу с богатым выбором алкоголя и закусок.
— Так что, Николай, над чем работаешь? — мягко поинтересовался Булгарин, вручив Гоголю стакан виски-колы. — Снова мистика с миллионом подробностей? Психологическая драма, где все умерли? Сатира на гнилую реальность?
— Ну что же вы, Фаддей Бенедиктович, право слово... — снова смутился Гоголь. Под внимательным взглядом Булгарина он отхлебнул напитка и тут же надкусил любезно протянутый бутерброд. — Я ведь со всей душой...
— Конечно, Коленька, я же не спорю, что с душой! — с готовностью закивал Булгарин. — Души-то у тебя на всю Малороссию хватит, это я уже понял.
— Да я, собственно... — снова начал Гоголь, но замолчал за отсутствием нужных слов.
— Ты мне вот что скажи, — перехватил инициативу Булгарин, — откуда столько ненависти, кхм, к честному польскому народу? Мне даже неловко с тобой говорить, а ну застрелишь!
Гоголь поперхнулся виски, и Булгарину пришлось хлопать его по спине.
— Так вы... обижены?
— Да что ты такое говоришь, Коля! — суетливо рассмеялся Булгарин. — Мне же просто интересно, я ведь журналист, мне вообще все интересно...
— Честное слово, ничего личного, — не обращая внимания на неловкие оправдания, рассмеялся Гоголь, почувствовав впервые за вечер, что напряжение его постепенно отпускает. — Лирические герои, понимаете... Я ведь пишу от лица тех, кто...

Они говорили весь вечер. Конечно, Булгарин успевал мелькать у каждой группки гостей, попеременно развлекая их то анекдотом из жизни, то журналистской байкой. Конечно, свита периодически снова собиралась вокруг своего принципала, отчего он важничал пуще прежнего и даже немного поучал Гоголя с высоты своего опыта и несомненного успеха. Конечно.
Представить на этом сборище Пушкина или Дельвига у Гоголя не получалось. То, что аристократам донесут о его присутствии, не вызывало сомнения; страха, впрочем, не вызывало тоже. Было весело, шумно, громко; Булгарин ненавязчиво познакомил Гоголя с парой издателей, от чьих мнений зависела чуть ли не вся книжная индустрия Петербурга; после некоторых анекдотов Гоголь смеялся вместе с присутствующими, как-то разом растеряв свой мрачно-серьезный вид.

Гости расходились глубоко заполночь, почти под утро. Булгарин, разумеется, всех гостей, включая Гоголя, просил остаться, причитая, что задержал всех сверх меры; гости в один голос возражали, что это они задержали хозяев.
Гоголь вышел на улицу осоловелым: то ли от количества выпивки, то ли от обилия впечатлений. Из кармана торчали острые уголки визиток издателей, редакторов и книгопродавцев; какая-то разудалая девица оставила свой номер помадой на рукаве рубашки; под мышкой будто сама собой оказалась книга со стихами кого-то из гостей: на первом же развороте торжественно чернел автограф поэта. Все это казалось почти нереальным: свет, гул голосов, всеобщее веселье.
Гоголь остановился посреди улицы, вспомнив, что денег на такси у него отродясь не водилось. Осознание этого не принесло особенного горя; едва ли не в первый раз за долгое время в Петербурге дышалось легко.
Он перевел взгляд в сторону Невы. Занимался рассвет.

@темы: ангелы - всегда босые..., Третьего отделения на вас нет, негодяи, Рихито-сама

23:43 

lock Доступ к записи ограничен

_Tory
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

23:35 

lock Доступ к записи ограничен

Гандхарва
Моя удача тоже, конечно, та еще дура. Вся в меня. (с)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

23:13 

lock Доступ к записи ограничен

АМОН
Argenteum Astrum
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

22:52 

lock Доступ к записи ограничен

Boogieman.
Вы недостойны тех химических элементов, из которых вы состоите. (с)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

20:38 

lock Доступ к записи ограничен

Полосатый Фредерик
все переплетено
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

18:02 

Доступ к записи ограничен

Корю
fukuchou fan-girl
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

15:48 

lock Доступ к записи ограничен

_Tory
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

Дневники Легиона

главная